Фоновый шум
By Dave Vincent
Зойдберг, Джон Зойдберг
(20 июня 3002) Новый Нью-Йорк
Команда «Планет Экспресс» расселась в гостиной вокруг стола. Гермес Конрад читал длинную скучную лекцию о злоупотреблениях корпоративным Интернетом. Лила неопределённо смотрела куда-то вдаль, стараясь не замечать грустно глядящего на не Фрая. Бендер пил пиво, не сдерживая удовлетворённой отрыжки. Зойдберг упорно пытался сосредоточить своё внимание на Гермесе, пока Эми горячо доказывала допустимость использования электронной почты фирмы для отправки откровенных посланий своему возлюбленному, Кифу.
- Именем Яхве, девушка, сбавь обороты. Наш провайдер скадал, что внесёт нас в чёрный список, если ты продолжишь посылать столько же ерунды в ВоеНет DOOP. Ид-да того, что эта делёная ящерица – твой кавалер, у тебя могут быть проблемы даже с флотом DOOP.
- Не моя вина, что у Кифа доступ только через ВоеНет. Ну, почему они все такие ретрограды? И почему ты читаешь мою личную электронную переписку? – добавила Эми со злостью.
- Ура, Зойдберга это не касается, - воскликнул доктор, взмахнув клешнями над головой.
- Эми, этот ВоеНет принадлежит DOOP, и они могут читать любые письма, которое дахотят. Включая твои, - Гермес взял самый напыщенный бюрократический тон. – И твои, уродливый мусороядный придурок, – он повернулся к Зойдбергу, - И это я еще не дошел до упоминания о тебе и кредитной карте профессора.
- Это была только идея! – крикнул Зойдберг. – И меня там не было. Это был Бендер. Кто скажет, что нет? вовсе не я, говорю вам.
- Закройся к дьяволу, Зойдберг, - Бендер замер и выдохнул целую струю пламени. Гермес хотел, было, продолжать дальше, но тут в комнате возник профессор.
- Хорошие новости! У нас новая доставка на Эпсилон Эридана три. Мы доставим груз яиц для какого-то психа. Да, а я получу деньги. – Он замер, мечтательно улыбаясь, а потом продолжил: Да, Лила, ты сможешь увидеть своего близкого друга, капитана Браннигана. Его корабль также летит туда
- Э-э, определённо мне этого не хочется. – Произнесла Лила быстро. – пусть Эми отвезёт их. Так она сможет увидеться с Кифом
Эми закивала, но тут встрял профессор:
- Ох, нет. Ей нужно перебирать тот убитый движок, который я купил. Народ, вы меня разорите, постоянно разбивая корабль. - Эми со стоном покачала головой. Она всё утро спорила с профессором об этом реликте технологии, который он приобрёл. Будет чудом, если они заставят его работать.
- Ага, а с другой стороны, Лила не может упустить шанс увидеться со своей первой любовью. Если вы понимаете, что я имею в виду? – сказал Бендер с похабным смешком.
- Эй! Это не смешно, Бендер, - влез Фрай, вступаясь за Лилу. – Она была пьяна в тот раз. Или, может быть, она была без сознания. Я знаю, Лила во вменяемом состоянии к Браннигану бы и не прикоснулась.
- Да, Фрай? А, по-моему, всё было иначе. – Парировал Бендер. Они с Фраем начали спорить о том, что же произошло между Зэппом и Лилой.
Лила застонала и посмотрела на спорщиков. Она бы удивилась, забудь они об этой ужасной ошибке с Бранниганом. Она тряхнула головой и подумала: «Это невозможно, пока я не добыла все копии той видеозаписи с нами, которую сделала эта свинья. Чтобы на самом деле всё стереть».
Она увидела, что Фрай становится всё более несдержанным, защищая её честь, и, испугавшись, что он может сболтнуть что-нибудь, даже более неудобное, громко сказала:
- Спасибо, Фрай. Но, я догадываюсь, что мне придётся лететь, чтобы доставить этот груз. Не важно, насколько неудобно это будет.
Бендер толкнул Зойдберга в бок:
- Она хочет лететь, чтобы продолжить начатое. Понимаешь, что я хочу сказать?
Зойдберг уставился недоумённо и произнёс:
- Нет, не понимаю.
- Она и Зэпп. У них были шуры-муры. Занимались сну-сну, другими словами!
- Бендер, может, ты заткнёшься? – крикнула Лила. – Или мне стоит вспомнить про «крошку Бендера»?
- Эй, эй, мешок с костями. Давай тут без ядерных зарядов. Разве кто-то виноват, что ты тогда пострадала?
- Хватит болтовни. Кыш все отсюда. – Сказал профессор, жестом приказывая замолчать. – И возьмите с собой Зойдберга
- Ура! Зойдберг летит со своими лучшими друзьями. И увидит прекрасного капитана Браннигана. А почему нет? Зойдберг рад отправиться куда угодно. И кто знает, может, там будет буфет. - Зойдберг начал танцевать и махать клешнями.
- Прекрасно. Двигай на борт, крабья морда. – Прорычал Бендер.
(25 июня 3002) Эпсилон Эридана 3
Корабль «Планет Экспресс» прибыл к Эпсилону Эридана три. Над планетой вырисовывалась громадная космическая станция цилиндрической формы. Они могли видеть «Нимбус», пришвартованный у её борта. Множество иных кораблей вились вокруг неё. Привлекательный рыжеволосый офицер DOOP, говорящий с русским акцентом, возник на экране и выдал им направление на стыковку. Отправив Бендера и Фрая готовить груз, Лила быстро посадила корабль в грузовом доке. Заглушив двигатель, она прошла в трюм. Там обнаружилось, что Фрай и Бендер заняты швырянием кусков упаковочного пенопласта в открытый рот спящего Зойдберга. Разозлившись, она прикрикнула на них, приказывая прекратить и заняться подготовкой груза.
- Слушайте, парни, «Нимбус» пришвартован к станции. Если мы быстро разберёмся с посылкой, а Зэпп не покинул свой корабль, то мы можем смыться отсюда прежде, чем этот жирдяй узнает, что я… что мы здесь. Так что, без возражений.
- А, не реви и не скручивай колготки в узел, наша дёрганная тираничная командирша. – Прорычал Бендер.
- Всё, как скажешь, Лила. – Сказал Фрай, неумело изобразив салют. Она подозрительно покосилась на друга, проверяя, не издевается ли он. Она подумала, что Фрай пытается стать более ответственным после того, как избавился от паразитов. Но, в целом, это по-прежнему был Фрай – все тот же недотёпа, все тот же идиот, все тот же ребёнок и лентяй. Она решила, что сейчас у него как раз начался приступ ответственности и подала сигнал открывать люк.
Снаружи их ждал офицер охраны DOOP. Он проверил их удостоверения и показал, где находятся склад и таможенный офис. Они доставили груз на склад.
- Так, парни, вы ждёте здесь, пока я занимаюсь бумажной работой. Ничего не трогать, ни с кем не говорить, вообще ни с кем, и ни шагу с этого места! – приказала Лила. подчинённые кивнули, и, вознеся короткую молитву, Лила вошла в офис. Вернувшись через пятнадцать минут, она обнаружила, что все трое испарились. Тихо чертыхаясь, она направилась к главному входу на станцию.
На станции
Бендер глядел на стол, лаская в пальцах игральные кости, улыбаясь людям и чужим, сделавшим свои ставки. «Сосунки», - подумал он, раскуривая сигару и активируя свою шулерскую программу.
Зойдберг клянчил остатки еды у столов. Фрай стоял в центре казино, потягивая пиво и разглядывая разных необычных инопланетян. Он был поражен разнообразием инопланетных рас в этом казино. Посмотрев в сторону двери, он обнаружил двигающуюся в их направлении Лилу. Он вспомнил, что она приказала ждать на месте, но Бендер мгновенно плюнул на это и направился на станцию. Фрай, думая, что успеет вернуть его до возвращения Лилы, последовал за ним. Он спорил с Бендером всю дорогу до казино. Сейчас он решил, что оставаться до тех пор, пока Бендер сможет отыграться, было плохой идеей. Он разглядел злость на лице Лилы и обругал себя.
«Опять ты её подвёл, Фил», - подумал он грустно. - «Как я мог позволить Бендеру уговорить меня на всё это?» Он услышал, как крупье очень громко спросил: «Сэр, у вас запущена шулерская программа?» Бендер оскорблёно всё отрицал. Ответа крупье Фрай не услышал, потому что внезапно шесть охранников направили на Бендера пистолеты. Фрай оглянулся, чтобы увидеть, как Лилу окружают еще трое. Он почувствовал руку на плече и, обернувшись, увидел лысого офицера охраны, со взглядом грустной гончей.
- Сэр? Можете вы и ваши друзья пройти с нами?
Прежде чем Фрай успел ответить, Бендер начал орать:
- Что за дебильные законы? Я ничего не сделал! Я знаю свои права!
Явно находя ситуацию забавной, лысый ответил:
- Хорошо, я не сомневаюсь в том, что обманывать чертовы казино DOOP - незаконно. И я уверен, мы сможем подумать о других законах, куда лучших. Так что закрой поддувало и следуй за нами.
Бендер хотел продолжить спор, но Лила приказала ему подчиняться. Им выделили две соседние камеры – это было следующим, что узнал Фрай. Он не мог видеть Лилу, но хорошо её слышал. В основном, она ругалась и требовала рассказать, что же наделали Бендер и Фрай. Они оба отрицали все обвинения.
Лила что-то зло пробормотала и потом громко произнесла:
- Фрай, я, в самом деле, ожидала, что ты будешь дожидаться меня, но теперь я понимаю, что ты ни капли не изменился.
Фрай почувствовал себя так, словно она его ударила. Он отчаянно желал получить уважение Лилы. Он попробовал объяснить произошедшее, как он старался остановить Бендера. Лила слушала, ничего не говоря, и Фрай немного успокоился. Полчаса спустя пара охранников принесли обед для людей, а также пиво для Бендера. На вопросы они не отвечали. Закончив с едой, Фрай попытался отвлечь Лилу беседой, но она просто сказала, что собирается поспать. Чувствуя себя подавленным, Фрай лёг на жесткую койку и попытался задремать. Но, прямо перед тем как уснуть, он услышал вопрос Бендера:
- А где же Зойдберг?
На борту «Нимбуса» (два часа спустя)
Зойдберг сидел в комнате для допросов на борту «Нимбуса». Морской пехотинец DOOP сидел у двери, спокойно наблюдая за ним. Зойдберг чувствовал себя невероятно хорошо. Он находился в прекрасной комнате, и его накормили. Что-то под названием «MRE» оказалось у него просрочено. «Ой, ну, просто праздник какой-то!» - Думал Зойдберг радостно. Он улыбнулся морпеху, смотревшему на него с плохо скрываемым отвращением. В конце концов, дверь распахнулась, и в комнату вошел Зэпп Бранниган в сопровождении своего адъютанта, Кифа Крокера. Отослав солдата, Бранниган сел за стол, Киф стал у него за спиной.
- Не буду ходить по кругу да около него, Зойдберг. Мы пригласили тебя для беседы с особым посланником, прибывшем на «Нимбусе», – начал Бранниган бодро. Киф прошептал ему:
- Сэр, возможно, нам не стоит сразу раскрывать все карты…
- Тихо, Киф. Боги, не знаю, что вызывает во мне большее отвращение: твой постоянный скулёж или твои непрерывные жалобы. Я веду это расследование.
- Да сэр, - Киф вздохнул.
- Отлично, Зойдберг, с этим мы разобрались. Зачем ты здесь и что тебе тут нужно?
Зойдберг смотрел на него без малейших признаков понимания. Киф кашлянул и, с досадой в голосе, сказал:
- Сэр, на станцию пришел приказ задержать его и всех его компаньонов. В приказе было сказано изолировать его на борту «Нимбуса». Также было особо отмечено, что никто не должен говорить с ним до прибытия особого посланника.
- Это так похоже на тебя, Киф. Никогда не проявляешь инициативу; не пробуешь почувствовать весь смак. Не удивительно, что ты так и не поднялся выше лейтенанта за годы службы. – Киф надулся и сдержал резкое возражение. – Но я капитан «Нимбуса» и я веду допрос этого скользкого и коварного преступника. И получаю все награды за это тоже я. Прекрасно, Зойдберг, на кого ты работаешь и каково твоё задание?
- Я работаю на «Планет Экспресс» и я доктор.
- «Планет Экспресс», «Планет Экспресс». Где раньше слышал это название? – размышлял Бранниган вслух, потира подбородок.
- Это фирма, в которой работает Туранга Лила, сэр. – Пробормотал Киф.
- Лила? Моя прекрасная и чувственная Лила? Во имя всех богов, Киф, почему ты этого не сказал? Зойдберг, расскажи мне всё, что ты знаешь о Лиле.
- Что рассказать? А, то, что я видел. И про этого Фрая. Но она все еще…
- Прекрати юлить. Рассказывай конкретно. Что она говорила обо мне?
- Э-э-э… - Зойдберг начал заикаться, - Напомните еще раз, а вы кто?
- Зэпп Бранниган, капитан «Нимбуса», самого мощного корабля во флоте DOOP. Обладатель бессчетного количества медалей. – Здесь Киф коротко фыркнул. – И любовник сексуальной полногрудой Лилы. Теперь прекращаем останавливаться. Она говорила обо мне? Отвечай или вне зависимости от того, каким богам ты молишься, я выбью эту информацию из тебя.
Зойдберг удивлённо моргал и несколько секунд не мог прийти в себя.
- Так вы меня для этого держите? – он быстро продолжил: Ах, этот Зэпп Бранниган. Как я мог быть таки забывчивым? Конечно да, она часто говорила о вас со стремлением и грустью. Она говорила, будто осознала, что вы, это слишком много для одной женщины, и она должна делить вас со всей галактикой.
Зэпп удовлетворённо кивал.
- Вот как надо это делать, Киф. Дай им только попробовать вкус, и они всегда хотят больше. Тебе стоит подумать об этом с твоей, так называемой, подружкой. – Сказал Зэпп, изображая цитирование на слове «подружка». Киф выглядел оскорблённым, но так ничего и не сказал.
- Так, где прекрасная Лила сейчас? Несомненно, томится, мечтая о старом Зэппере.
- Сэр, она в изоляторе станции. Помните? Они приказали нам задержать Зойдберга и всех его спутников.
Бранниган похотливо улыбнулся.
- Заперта в изоляторе, так? Отличная работа, Киф. Похоже, это может стать моим следующим хитом. Я уже вижу это… «Зэппер два: страсть в тюрьме». Да-да, Киф, я отправляюсь на станцию, что бы позаботиться о её немедленном переводе сюда.
Сказа это, Зэпп встал и вылетел из комнаты.
- Прикажи подготовить для меня челнок. И убедись, что мой Лавназиум в боеготовности. И ты мне будешь нужен для «личного обслуживания», когда я вернусь.
Выглядя покорным и слабым, Киф ответил:
- Да, сэр.
Киф достал интерком и отдал приказ подготовить челнок. Он глянул на Зойдберга и направился к двери, думая о грядущем ужасе. «Личное обслуживание» - подумал он и содрогнулся. Дверь открылась и на пороге возник массивный плутонианец в армейском комбинезоне DOOP, сопровождаемый женороботом. Плутонианец прошел в комнату и глянул на заметно перепугавшегося Зойдберга. Потом он воззрился на Кифа и пролаял:
- Я майор Смит. Именно я отдал вам приказ ничего не предпринимать. Кто ты, черт возьми, такой и что ты делаешь у моего заключенного? Тебе было приказано изолировать его, после чего с ним никто не должен был говорить.
Киф нервно сглотнул и ответил:
- Я Крокер, первый офицер. Зэпп… э-э-эм, капитан Бранниган хотел допросить его по другому делу.
Плутонианец проревел: «ЧЕГО?!», и Киф содрогнулся.
- Меня выдергивают на полпути, чтобы лететь сюда, а вы, клоуны флотские, нарушаете мои приказы! Я пну Браннигана по его большой заднице, да прямо в воздушный шлюз, за такое. Где он сейчас?
Киф, заикаясь, объяснил, что Зэпп отправился за Лилой. Смит злобно фыркнул, после чего достал небольшой коммуникатор. Он вызвал охрану станции и запретил выпускать Лилу. Он сказал, что желает навестить заключенных позже. На другой стороне кратко подтвердили получение приказа и отключились.
Робот, тем временем, села за стол. Она посмотрела на плутонианца и сказала:
- Готова к записи, сэр.
Смит кивнул. Он глянул на Кифа и грубовато произнёс:
- Садись, сынок. Я читал твоё досье и в курсе, что ты знаешь этого
декаподианина. Ты можешь мне понадобиться при допросе.
Киф попытался сослаться на выполнение приказов Зэппа, но плутонианец просто глянул на него и лейтенант рухнул в кресло. Киф посмотрел на Зойдберга и подумал, что может отчетливо различить страх на его лице. «Этот плутонианец, в самом деле, страшный», - думал Киф, - «О, Господи; у меня серьёзные проблемы, если он думает, будто я связан с этим идиотским лобстером». В траурном настроении он наблюдал, как началось заседание трибунала.
Плутонианец сел, мгновение смотрел на Зойдберга, а потом тихо начал:
- Йобот Рэнд, начинай запись. – Возник жужжащий звук, пропавший, когда Рэнд начала говорить: 25 июня, 18:11 по времени Зулу. Допрос доктора Джона Зойдберга, декаподианина мужского пола. См. файл #3489/35ZT. Работает в курьерской фирме «Планет Экспресс» как врач компании. См. файл #3489/13AT. Допрос проводят майор Смит и лейтенант флота DOOP Киф Крокер. См. файл #3489/103MT. Допрос проводится на борту судна военного флота DOOP, «Нимбуса», командир – Зэпп Бранниган.
Зойдберг веселясь наблюдал за роботом, и потом с улыбкой спросил:
- Мы снимаем кино? Хо-хо, я расскажу вам о моём дяде, Гарольде Зойде. Это великий актёр…
- Прекратить. – Отрезал Смит. – Мы знаем, что игра в идиота это твоё прикрытие. Нам всё известно о твоей работе на Службу Декаподианской Разведки, доктор Зойдберг.
- Что? Я шпион? Это возмутительно, сэр! Как вы посмели меня оскорблять? «Шпион ползучий»? Я уважаемый доктор.
- Я уже сказал, довольно игр, Зойдберг, - сказал Смит холодно, - Я тороплюсь и потому не побрезгую грубыми методами, если потребуется. Ты будешь говорить или тебе очень болезненно не повезёт. Выбор за тобой.
Киф подумал, что, несмотря на всю свою клоунаду, Зойдберг напуган. «Нечего удивляться, я тоже его боюсь». - Киф был, в самом деле, зол на Смита. Тот бы с радостью разорвал Зойдберга пополам. И как Киф мог видеть, Зойдберг это тоже осознавал.
- Я натурализованный гражданин DOOP. Я знаю свои права. Я требую адвоката. – Ответил Зойдберг равнодушно. Смит улыбнулся так, что Кифа приморозило к месту.
- Будучи натурализованным гражданином DOOP, что вы скажите об обвинении в государственной измене? За это, по-прежнему, положена смертная казнь.
Зойдберг заверещал от страха так, что заколыхались ротовые щупальца, и вжался в кресло.
- Вы доктор Джон Зойдберг?
Лобстер кивнул. Смит сказал негромко:
- Пожалуйста, отвечайте вслух.
Зойдберг угрюмо сказал:
- Да, Зойдберг.
После этого Киф следил за тем, как Смит допрашивает Зойдберга. Он задавал вопросы, а Зойдберг выражал возмущение либо смиренно соглашался. Иногда Рэнд проецировала видеофрагменты, где Зойдберг встречался с тёмными фигурами в странных местах. Зойдберг выглядел измученным и всё чаще выдавал слабые трели, когда Смит ловил его на противоречиях.
Примерно через час, когда Киф чувствовал, что это признание уже вот-вот закончится, майор вдруг без предупреждения начал мерцать и с лёгким щелчком плутонианец Смит исчез. Его место занимал мускулистый человек с короткими, рыжими с проседью, волосами. Киф моргнул от удивления. Человек посмотрел на него и произнёс голосом Смита:
- Это все еще я, Крокер. Чёртов неисправный камуфляжный чип
Зойдберг смотрел на него в ошеломлении. Майор повернулся к нему и сказал:
- Ладно, доктор, давайте еще раз пройдёмся по вашим показаниям.
Хотя он и трясся после внезапной трансформации, Киф начал понимать, что Смит всё это говорит для отвода глаз, желая поймать Зойдберга на лжи. Декаподианин был больше всех выбит из колеи произошедшим изменением. Зойдберг начал бормотать о своём найме, без сопротивления рассказывая обо всём. Всё это время ракообразный не отрывал взгляда от Смита. Киф подумал, что трансформация была особенно эффективным способом, чтобы ошарашить Зойдберга. Так же лейтенант понял, что Смит совершенно равнодушен ко всем признаниям декаподианина.
«Зойдберг что-то скрывает, - подумал Киф вдруг, - что-то, в самом деле, важное. Что-то, что он пытается добровольно скрыть своей шпионской карьерой. То, что и нужно Смиту».
Зойдберг угрюмо рассказывал о своей работе шпиона, но настаивал на том, что ничего важного не сообщал. Смит сказал с улыбкой, лишенной даже следа веселья:
- О, да, доктор. Нам известно, что вы посылали на Декапод посылки с цыплятами.
На лице Зойдберга возникла довольная улыбка. Смит как бы невзначай сказал:
- Почему бы, нам не перейти к вашим отношениям с этернианами?
Киф подумал, что Зойдберга хватит удар. Его глаза расширились, он быстро засвистел, щупальца вокруг рта быстро задёргались. Смит продолжил ледяным тоном:
- Мы знаем, что вы общались с одним из них, выдающим себя за домашнее животное. У нас есть видеозапись. – Рэнд показала очередное изображение.
«Вот оно», - подумал Киф, - «вот в этом всё дело». Затем уже неуверенно: «а зверушка Лилы какое, вообще, отношение имеет ко всему этому?»
Зойдберг подпрыгнул на месте и сердито закричал:
- Ложь! Ложь. Это проклятая ложь. Нибблер чертово маленькое прожорливое животное. Представитель примитивного вида. Домашний зверёк.
Смит смотрел на излияния Зойдберга спокойно, но Рэнд подняла руку с отвратительно выглядящим пистолетом. Зойдберг замахал руками, когда робот направила оружие ему в лоб. Смит что-то ей сказал, после чего на стене начали проецироваться новые записи. Киф с изумлением следил за первым визитом на Землю роя мозгов, несущего хаос и опустошение. Он смотрел, как Фрай сразился с ними. После прибыли этерниане и уничтожили их. Другая запись показывала Лилу и Нибблера вместе. В конце был целый набор съёмок, показывающих Нибблера и Зойдберга, сидящими на свалке за зданием «Планет Экспресс». Хотя Нибблер не произносил ни слова, Зойдберг тихо говорил, можно было отчетливо разобрать, что он рассказывает о Фрае и Лиле.
Зойдберг прекратил махать руками и, раскрыв рот, смотрел записи. Потом он сжался в кресле и начал плакать. Смит позволил ему всхлипывать несколько минут, после чего сердито произнёс:
- Эти записи были подняты только недавно после долгого времени. Как только мы убедились в реальности происходящего, мы тут же позаботились о вашем аресте. Поэтому вы находитесь здесь. Как я и говорил, мы знаём о вас всё, доктор. А теперь, не хотите ли вы мне рассказать об этих Фрае и Лиле? И о том, почему они так важны для этерниан? Или мне лучше сразу поговорить с ними, также как я говорю с вами
- Нет-нет. Их нельзя трогать. Если на Этерниуме станет известно, что мы знаем, они уничтожат нас всех. – Сказал Зойдберг с искренним ужасом.
Вернёмся на космическую станцию
Зэпп был расстроен. Начальник охраны не отдавал заключенных. Бранниган попробовал даже применить своё знаменитое обаяние, когда ему не хватило чина. Но шеф только ухмыльнулся и потребовал предъявить несколько различных форм. Зэпп удивлялся, где же пропадает Киф. Будь лейтенант здесь, он мог бы послать за формами эту мелкую зелёную собачку. Он попробовал позвонить, но пришел ответ, что Киф сейчас работает вместе с особым посланником, и просил его не беспокоить. Браннигану это не понравилось. Он велел передать Кифу приказ немедленно явиться на станцию, но ему ответили, что особый посланник теперь руководит всем личным составом и его полномочия выше, чем у Зэппа. Это Браннигану не понравилось еще больше. Он подумал о том, чтобы вернуться на корабль, но решил взамен лучше увидеть Лилу. Начальник охраны просто пожал плечами и приказал одному из подчинённых сопровождать его. Высокий сержант отвёл его к двум камерам. В одной держали Лилу, в другой – Фрая и Бендера.
- У вас пятнадцать минут. – Произнёс сержант. – После этого шеф приказал пнуть вас отсюда. Зэпп не заметил оскорбительного тона. Он через решетку пялился на Лилу, стоящую в камере. Увидев Зэппа, она произнесла:
- О, Боже…
Зэпп улыбнулся и безуспешно попытался взять Лилу за руку. Она отступила от решетки и высокомерно произнесла:
- Что ты тут делаешь? И почему ты в штанах? Я думала, что тебе нравится, как выглядит велюр.
Зэпп провёл рукой по своему тёмно-голубому комбинезону и грустно сказал:
- У нас новый начальник штаба. Ему не нравится, когда кто-нибудь проявляет инициативу и демонстрирует своё чувство стиля. Нет, мы должны все носить эти бесцветные комбинезоны, как будто мы какая-то толпа роботов.
Бендер крикнул зло:
- Эй! Что не так с роботами?
Зэпп проигнорировал его, продолжая смотреть на Лилу.
- Я здесь, чтобы тебя спасти, мою любовь. И вытащу тебя из этой преисподней и верну на «Нимбус» для нескольких прекрасных любовных благодарностей.
- Извини, я уж лучше здесь останусь. Или выйду прогуляться через шлюз.
- Лила, прекрасная Лила. Ну, как ты можешь устоять пред старым Зэппером? Мы можем вместе послушать чувственную эротическую музыку, моя милая голубка.
- Как-то не привлекает, Зэпп. Как насчет ответа… НЕТ!
Фрай подошел к двери своей камеры и сказал зло:
- Оставь её в покое, жирный павиан.
- А, мелкий ухажер. Лила, я не могу понять, как эта щуплая пародия на мужчину может быть препятствием тому, чтобы ты была со мной?
Лила вновь положила руки на решетку и холодно произнесла:
- Зэпп, у Фрай множество разных качеств, но самое лучшее из них – он, это не ты. Он милый и заботливый, в отличие от тебя. Дай мне всё прояснить, чтобы не осталось непонимания. Я не хочу быть с тобой, говорить с тобой, или чтобы ты был в меня влюблённым. Так почему бы тебе просто обо всём не забыть и оставить меня в покое?
Зэпп посмотрел на неё и почувствовал поднимающуюся злость. Как она могла его отвергнуть? Он отступил от камеры и увидел с возрастающей яростью, как Фрай протягивает руку, чтобы дотронуться до Лилы. Она пожала его ладонь и спокойно посмотрела на Зэппа. Бранниган смотрел на их руки, потом перевёл взгляд на Фрая. «Этот морковноголовый кретин служит препятствием между мной и Лилой», – подумал он в бешенстве. Затем у него появилась идея, и он улыбнулся Фраю. Потом обернулся к Лиле и сказал:
- Мы еще увидимся.
Он позвал сержанта и покинул комплекс. Лила отпустила руку Фрая.
- Мне жаль, Лила. – Произнёс Фрай мягко. – Мне следовало исполнять твои приказы. Мы бы не оказались здесь.
- Да, тебе должно быть стыдно, кусок мяса. Посмотри, где мы оказались из-за тебя. – Влез Бендер.
Фрай глянул в его сторону и что-то фыркнул. Лила тихо сказала:
- Всё нормально, Фрай. Ты сделал всё, что мог. Я полагаю, это мне в тебе и нравится. И я извиняюсь за то, что на тебя накричала. Я думаю, ты пытался что-то сделать, чтобы помочь. Но в следующий раз, позволь мне идти первой.
Фрай очень обрадовался. Лила нашла что-то, что ей нравится в нём. Принимая инициативу, он спросил:
- Лила, ты поможешь мне это закрепить? Поможешь мне стать лучше?
- Ах, Иисусе, думаю, меня сейчас стошнит… - произнёс Бендер с отвращением.
На борту «Нимбуса»
Киф недоверчиво слушал, как Зойдберг, плача и повизгивая, излагал монументальную фантастическую сагу:
- Как доктор «Планет Экспресс», я имел доступ к медицинским данным Лилы и Фрая, плюс я проводил медосмотры для страховой компании. Я заметил нечто странное у Фрая. Его мозговые были ненормальны для человека. Определённо, было нечто очень странное с его мозгом. У Лилы также были отличия. Её генетический код совпадает с человеческим, исключая ген, обеспечивающий ей один глаз. Но, кроме того, у неё есть еще один ген, который я не смог опознать. Я был заинтригован и начал разбираться с этим дальше, когда в мой офис прибежал Нибблер. Я подумал, что он просто ищет что-нибудь съедобное, и собирался прогнать его. Но он запрыгнул на стол и заговорил со мной мысленно. Я был шокирован тем, что он разумен, говорю вам. Он начал объяснять, кто он такой и для чего находится на Земле. Хотя этерниане мастерски владеют телепатией, они очень высокомерны и скрывают то, что думают. Мне стало ясно, что я их не волную, едва этот Нибблер начал прятать свои мысли. – Зойдберг вздохнул.
- Он начал рассказывать, что его зовут лорд Нибблер, и что он принадлежит к древней расе. Этерниане существуют почти с самого рождения Вселенной. Они миллионы лет правили могущественной галактической империей, пока не появился мозговой рой. Этерниане сражались с ними, но не могли победить в открытом противостоянии. Вскоре их империя рухнула. Рой появляется подобно саранче каждые 10000 лет. Каждый раз Этерниане пытались их остановить, но терпел неудачу. Они просто позволили им двигаться своим курсам и не вмешивались, а галактика опустошалась ими. Этерниане не могли найти способа победить их. Таким образом, они оставили галактику молодым расам и вернулись в свой родной мир. Они боялись, что мозги никогда не будут побеждены. Потом, миллион лет назад, появился пророк. Он предсказал, что на Земле родится человек, способный победить их. Этерниане начали наблюдать за Землёй, ожидания рождения этого человека. И в своё время родился Фрай. Они признали его. Они сделали так, чтобы он был заморожен, и все эти долгие годы оберегали его. Как было показано на этих записях, Фрай победил отродья. Но это не устранило угрозу. 10000 лет спустя они вернуться. Понимая, что особые гены Фрая необходимо сохранить, этерниане решили найти ему походящую пару, женщину, способную защитить его, а после – родить ему детей. Это их цель: широко распространить гены Фрая в генофонде человечества, чтобы люди потом смогли дать отпор мозгам. Но им было необходимо, чтобы супруга обладала подходящим генетическим набором: она должна суметь передать необычные мозговые волны, но, при этом, быть достаточно умной. Они не хотят, что бы глупость Фрая передалась как доминантный признак.
Здесь в нашей истории и появляется Лила. Этерниане понимали, что Фраю понравится прекрасная женщина, однако он не сможет конкурировать с другими мужчинами за обладание расположением такой женщины. Потому они решили, что у его пары должен быть некий недостаток, который станет препятствием для других мужчин. Они выбрали мутантов, потому что здесь был необходимый потенциал для их цели. Они начали генетические изменения некоторых из них. Прошло время, они потерпели множество неудач, но, в конце концов, получили пару, давшую жизнь Лиле. Хотя её родители настоящие мутанты, Лила полностью человек, исключая единственный глаз. Родители Лилы отнесли её в приют. Я не уверен, но думаю, что и тут этерниане приложили свою руку. После этого они начали свою работу, о которой она не подозревала. Они изменяли её психологию, обеспечивая ей стремление заботиться о других, и её желание быть физически сильной. Это была невероятно тонкая работа. Лила стала идеальной женщиной, чтобы защитить Фрая. Они даже вмешались в её карьерное назначение, чтобы она стала распределителем судеб и, таким образом, оказалось первым человеком, кого Фрай увидит после разморозки. Этерниане всегда следят за ними и оберегают. Они даже удостоверились, что Фрай вернётся в прошлое, чтобы стать собственным дедушкой и таким образом гарантированно создать генетическую аномалию.
Здесь Киф не выдержал:
- Это просто немыслимо. И отвратительно. Как Фрай может являться собственным дедушкой.
- Проклятье, я же доктор. А не специалист по темпоральным парадоксам.
Смит, слушавший всё это молча. Он только тихо вздохнул, когда было сказано, что Фрай является своим дедушкой. Сейчас он спросил:
- Почему этерниане открылись перед тобой?
Зойдберг ответил:
- Они неправильно понимали человеческие эмоции и их развитие. Они не предвидели, что Лила создаст свой романтический идеал, и что Фрай определённо ему не соответствует. Они просто думали, что она потянется к Фраю от одиночества. Так что, после того, как я обнаружил отличия этих людей, этерниане попросили моей помощи. Я всегда чувствовал себя аутсайдером и неудачником. А это был шанс поучаствовать в чем-то великом, потому я согласился. Они попросили, чтобы я заразил Фрая специальными модифицированными паразитами. Я дождался подходящей возможности и внедрил червей так, что никто этого не заметил. И они сработали подобно магии. Фрай стал более зрелым и более привлекательным для Лилы. Но профессор чувствовал, что нужно вернуть прежнего Фрая. Я был в затруднительном положении и пытался остановить их. К счастью, за меня вмешалась Лила и предотвратила их попытки. Но, к несчастью, мы недооценили личность Фрая. Он хотел знать, любит ли Лила его, или человека, созданного этими паразитами. Потому он избавился от них и вернулся в своё привычное состояние. Лила отвергла такого Фрая, и на том мы и остановились. Хотя, я думаю, что Фрай взрослеет слишком медленно, я беспокоюсь, что он никогда не станет достаточно зрелым для Лилы.
Смит заговорил вновь:
- Мне видится, что, на самом деле, ты им тут совсем не нужен. Честно говоря, я не понимаю, почему бы им их просто не захватить их и не разводить в неволе?
Зойдберг пренебрежительно ответил:
- Этерниане – древняя и велика раса. Они не порабощают других и, конечно же, не будут выводить их как лабораторных крыс. Им симпатичны Лила и Фрай. Им хотелось бы, чтобы они были любящей парой. С другой стороны, у их потомков должны быть дети с обычными людьми, чтобы передать эти гены. Они верят, что большинство детей будет нормальными людьми. Хотя они ожидают, что кто-то получит и мутировавший ген, они верят, что это не помешает их целям. В конечном счете, от изменённого гена не останется следа. Это будет тяжело осуществить в лаборатории или резервации.
- Звучит так, будто кидаешь кость, в надежде, что выпадет семёрка, – оценил майор.
Зойдберг возразил:
- Мы уже на верном пути. Фрай по уши влюблён в Лилу, и он ей искренне нравится. Как я и сказал, этернианцы желают видеть влюблённую пару. Как бессмертные, они чтят и уважают любовь. Я подозреваю, что они предпримут что-нибудь еще для этого.
- Ты восхищаешься этернианцами? – поинтересовался Киф.
- Да, это великая раса. С моего первого телепатического разговора с лордом Нибблером, у меня сложилось впечатление, что их раса слабеет. Боюсь, что они просто устали от бессмертия. Это может стать их последним великим деянием для галактики. Я горжусь тем, что они выбрали именно меня для помощи в этом великом деле. Да, говорю вам, я горжусь этим.
Майор заговорил вновь:
- Ты, похоже, получил ужасно много информации от этого лорда Нибблера. Зачем он тебе всё это рассказывал?
Зойдберг выглядел гордо и, в то же время, хитро.
- Как я и говорил, лорд Нибблер не смог спрятать все свои мысли, когда общался со мной телепатически. Я не такой безмозглый кальмар, каким меня все считают. Я до много докопался своими усилиями. Я исследовал мутантов. Я был в Росуэлле, когда Фрай стал собственным дедушкой. Я говорил с представителями других старых рас об их легендах про этерниан. Кое-что из этого – просто мои предположения, но я уверен, что прав. Что до вас, я смеюсь над вами и вашей DOOP. Теперь вы знаете, что, этерниане, вероятно, уничтожат нас всех.
Смит улыбнулся.
- К счастью, доктор, кое-что не позволит им так поступить.
- Что, ваша жалкая армия DOOP? Ха, да не смешите меня.
- Нет, доктор, их план предусматривает использование человечества. Потому у меня есть сомнения насчет нашего немедленного уничтожения. И потом, есть еще одно обстоятельство. Вы будете работать на нас. Вы будете получать разумное жалование, соразмерное риску, а взамен - докладывать нам обо всех контактах с этернианами и обо всех изменениях, происходящих с этими двумя людьми.
- Работать на вас, фу. Почему это я должен предавать этерниан?
- У вас нет выхода. На самом деле, у вас довольно скромный выбор вариантов. Вы можете работать на нас, или мы можем вас посадить, как шпиона Декапода, либо же, просто рассказать этернианам, что вы нам всех сдали. – Сказал Смит, холодно улыбаясь.
Зойдберг выпучил глаза и поинтересовался срывающимся голосом:
- А если они узнают?
- Они не узнают. Мы не новички в этом деле. У нас есть тот, кто сможет с вами встречаться без каких-либо подозрений.
Зойдберг размышлял несколько секунд.
- Разумное жалование, говорите? Достаточно, чтобы Зойдберг нашел себе квартиру и, может быть, даже пообедал в экзотическом ресторане?
- Ну, скажем так, это больше, чем вы получаете сейчас.
- Низкое жалование и отсутствие выбора. Эх, Зойдберг, зачем ты только выбрался из лужи для головастиков? Что ж, этерниане мне вообще ничего не платят. Ой, только вот что, я не собираюсь причинять вреда этернианам или Фраю и Лиле.
- Зачем бы нам вредить им? Они пытаются спасти Вселенную.
Киф понял, что на этом допрос окончен. Рэнд произнесла «конец записи» и встала. Зойдберг, вдруг закружился и начал танцевать перед Смитом.
- Прекрасно, мой новый друг, теперь мы работаем вместе.
Потом он остановился и начал разглядывать Смита.
- Вы выглядите очень знакомо. Мы раньше не встречались?
Смит покачал головой. Зойдберг пожал плечами и поинтересовался:
- Так, когда я вас увижу в следующий раз?
Смит ответил:
- Это буду не я. Я буду где-то в другом месте. С тобой свяжутся на Земле. А сейчас мы зря тратим время. Возвращайся на станцию и забирай своих друзей.
Смит и Зойдберг направились к двери. Киф наблюдал за ними, тряся головой. Он почувствовал что робот, Рэнд, положила руку ему на плечо.
- Майор в хорошем настроении. Он хочет поговорить с тобой до нашего отлёта.
Киф позволил своему любопытству использовать представившуюся возможность:
- Кто он? И что это за камуфляжный чип?
Рэнд тяжело, с громыханием, вздохнула.
- Много лет назад он был офицером Специальных Сил, работавшим на Разведуправление DOOP. Когда ему было 28, он в качестве добровольца принял участие в одном эксперименте. Один из учёных Корпорации Мамочки изобрёл чип-хамелеон. После вживления в основание черепа, как предполагалось, он даст возможность пользователю менять свой вид как угодно. Вы понимаете, какие здесь открываются возможности для разведки. Однако, несмотря на то, что он был успешно испытан на обезьянах, сразу же после имплантации чип начал сбоить и, кроме того, удалить его стало невозможно. Чип меняет его внешность в любое время и на любую расу, без какого-либо контроля. Учёный был в ужасе и работал день и ночь три года подряд, чтобы скорректировать своё изобретение. В конечном счете, он сошел с ума, пытаясь всё закончить. Для майора это была катастрофа. От него ушла невеста. Он больше не мог работать разведчиком. Его направили в контрразведку, где я и стала его напарником. На годы он впал в депрессию и не мог обходиться без психотерапии. Несмотря на это, он отдавал работе все свои силы и умения. Он попробовал вернуться в спецназ, но Разведуправление DOOP ему этого не разрешило. В итоге, после 15 лет усилий, он возвращался, чтобы вновь выполнять задание для Специальных Сил. Единственная причина, по которой мы оказались здесь – поблизости не было ни одного другого агента.
Рэнд замолчала и посмотрела на дверь. Потом продолжила рассказ:
- Но, все эти годы сказались на нём. Я знаю, что у него почти не осталось воли к жизни. Большую часть времени он работает допоздна, слишком много пьёт и, хотя он этого и не знает, я видела его возле будки самоубийств. Он просто стоял снаружи, смотрел на неё и сжимал в руке четвертак, который носит на шее на цепочке. Я думаю, он решился бы воспользоваться будкой, но он все еще хочет погибнуть как солдат. Это всё, что у него осталось – надежда, что он все еще может быть полезен как солдат. Сейчас мы движемся на Да Нанг 4 для выполнения особого задания, риск на котором невероятно велик. Вот почему наняли именно его. Это как отчаянный бросок костей, и он решил, что это подходящий для него шанс. Я верю, что он со своими талантами отыщет путь для выполнения этого задания но, в глубине души, он просто надеется на героическую смерть. Я использовала все рычаги, даже пошла на шантаж, чтобы мне позволили сопровождать его. Я с ним уже давно. Я не желаю видеть, как он просто отдаст свою жизнь. Я хочу спасти его. – Рэнд закрыла глаза и снова вздохнула.
- Зачем ты мне всё это рассказала?
- Потому что майор собирается тебя о чем-то попросить, и я хочу, чтобы ты понимал человека, который этого просит. То, что он попросит, будет очень тяжело для тебя.
Киф почувствовал волнение, он подумал испуганно: «Я надеюсь, он не попросит меня свидетельствовать против Зэппа». Он смотрел на Рэнд, думая об этом, а потом вдруг шокировано выпалил:
- Ты влюблена в него!
- Я робот. Мы лишены подобных эмоций.
Киф недоверчиво покачал головой. Робот влюблён в человека, как такое вообще возможно? Ему доводилось слышать, что некоторые роботы водили довольно долгую дружбу с людьми, но сам ни одного такого не встречал. Они пошли к двери и последовали за майором и Зойдбергом к челноку. Декаподианин весело болтал всю дорогу. Майор молчал, а уже у челнока так посмотрел на Кифа, что тот вздрогнул.
